Приключения Золотой Рыбки

admin, 19.08.2012 | Ваш отзыв

Чудесно преобразуясь и перевоплощаясь, пушкинская золотая рыбка оставила свой след в фольклоре древнейших народов.

В прошлом историки к сказкам и прочему “баснословию” относились пренебрежительно. Для них это были досужие выдумки темных деревенских старух. Но оказалось, что именно сказки донесли до нас сведения о далеких эпохах, когда ни летописей, ни других письменных памятников попросту не было. Так пустимся же по бурному сказочному морю по следу золотой рыбки, ведущему в мир наших предков.

И кому как не Пушкину быть нашим поводырем в безбрежных морских просторах?

Жил старик со своею старухой
у самого синего моря…

Так начинается “Сказка о рыбаке и рыбке”. Из нее мы узнаем, что как-то раз старик закинул в море невод и выловил

рыбку, но не простую,золотую: ведь она умела разговаривать!   

Говорящие рыбы в фольклоре встречаются довольно редко. Такой способностью была наделена “мать-рыба”, которой поклонялись в Закавказье. Священные изваяния каменных рыб «вешапи” известны в Грузии. Рыбы играли важную роль в ритуале синдов Тамани. На могилу умершего они бросали столько рыб, сколько он при жизни убил врагов. Обитатели античного Приазовья поклонялись Богине-Матери — хозяйке Азовского моря. Часто ее изображали в виде рыбы. К значению “мать”, “материнский” восходят древние названия Азовского моря — Меотида, Майотис, и одно из именований синдов — меоты. Все это ведет нас в Причерноморье и Приазовье.

Сам Александр Сергеевич считал, что рыбак жил на берегу Синего моря. Синим морем в Древней Руси называли Азовское. Выпущенная на волю рыбка скользнула в азовские воды, и мы можем определить, где это примерно произошло.

Среди русских народных сказок, изданных замечательным собирателем Афанасьевым, одна называется “Золотая рыбка”. Она близка той, что некогда была рассказана поэту Ариной Родионовной. В афанасьевской сказке сохранились важные детали. Оказывается, старик со старухой жили “на море на океане, на острове Буяне”.

Остров Буян — легендарная страна русских преданий. Где располагался Буян пушкинских сказок, известно — в районе кубанской дельты, включавшей Таманский полуостров.

Золотая рыбка приносит людям богатство. Вроде бы перед нами распространенный сюжет о человеке и чудесной помощнице. Но остановиться на таком простом решении мешает пресловутое разбитое корыто.

Почему деревянная колода играет столь важную роль? С ее упоминания начинается сказка, и этот же образ завершает повествование. Оказывается, перед нами след древнего мифа. Основное содержание сказки о золотой рыбке — смена домов. По мере возрастания аппетитов старухи она становится хозяйской новой избы, потом дворца, царских палат. При этом старик почему-то остается в старенькой избушке…

След рыбки, нырнувшей c Керченского пролива, наудит продолжение на другом краю земли. В Индии сущес-
твуетет сказание о Ману — прародителе современного человечества. В этом сказании также присутствует чудесная рыба, одно жилище сменяется другим более крупным. А дело было так.

Первопредок Ману поймал крошечную рыбку. Она взмолилась: “Вырасти меня, и я тебя спасу». Ману перелил воду с рыбкой из ладоней в кувшин стал заботиться о гостье. Когда она подросла, он устроил ей бассейн, а когда стал тесен бассейн, ее выпустили в море, позднее рыба вернулась и исполнила свое обещание.

От какой же напасти был спасен Ману? Вспомним последнюю встречу сказочного рыбака и золотой рыбки — бушующее море гигантскими волнами забивает землю. Так же обстояло дело и в мифе. В предсказанный год случился всемирный потоп. Предупрежденный об опасности первопредок сел в загодя выстроенный корабль, привязал веревку к рогу рыбы, и та доставила судно к северной горе. Здесь Ману дождался окончания бедствия и сошел на землю. На Руси с течением веков миф о потопе упростился. Первочеловек из “старых времен” превратился в простого старика, а спасительный ковчег в прозаическое корыто.

Пушкинские строки позволяют сделать важные уточнения. В мифе от потопа спасается один Ману. Поэтому остается непонятным, каким образом появилось человечество.В сказке обитательница домов названа женой рыболова. Следовательно, люди возникли от брака первопредка с рыбообразной богиней вод.

Потопные сказания восходят к тем отдаленным временам, когда индоарии еще не отделились от славян и составляли с ними единый народ. Только значительно позднее их пути разошлись, и индоарии оказались в Индии. Отсюда поразительная близость славянской и индоарийской мифологии.

Миф о потопе есть еще в одном сочинении Пушкина -“Сказке о царе Салтане”. В ней описано плавание к уже знакомому нам острову Буяну. Спасаемый от опасности юный царевич пересекает море й попадает на пустынный остров. Здесь при помощи супруги богини он основывает многолюдное царство.
Получив жестокий приказ, слуги царя Салтана проявляют трогательную заботливость о казнимых:

В бочку с сыном посадили,
Засмолили, покатили
И пустили в Океан…

Зачем было смолить бочку, которую собирались бросить в бездну вод? Затем, что топить ее вовсе не хотели, а, наоборот, готовили к плаванию. Смолили и ковчег библейского Ноя. Бог дал ему такое указание:

“Сделай себе ковчег из дерева гофер; отделения сделай в ковчеге, и осмоли его смолою внутри и снаружи…”

Индийская сестра нашей золотой рыбки, повзрослев, заимела на своей голове рог. Освободившись от веревки, на которой влекла корабль Ману, она ушла в глубину, явив себя солнцу и людям далеко от Индии.

Божественная рыба с рогом на голове хорошо известна на европейском Севере. В бассейне Камы в начале нашего века в изобилии находили бронзовые фигурки. Крестьяне связывали их происхождение с жившей здесь некогда “чудью”. В 20-е годы Богаевский писал:” … в 1915 году в селе Верх-Боров-ском Чердынского уезда крестьяне предлагали нам массу чудских находок по цене 5 руб. за ковш”.

По аналогии со знаменитым скифским звериным стилем ученые назвали приуральскую художественную традицию “пермским звериным стилем”. Датируют ее ранним средневековьем.

“Чудские образки” — след верований древних обитателей Прикамья. В бронзе запечатлены и реальные существа — лоси, медведи, птицы, рыбы, змеи, и фантастические, среди которых так называемый “ящер” — мифическое водоплавающее существо о четырех лапах с вытянутой по-щучьему мордой. На спине, покрытой зубчатыми выступами, он часто несет человека или группу людей. Непременное украшение этого чуда-юда -поднятый кверху рог. Если бы не рог, то ’’ящера” можно было бы принять за крокодила. Но крокодилы живут в далеком Египте и Индии. Из рыб наших рек к таинственному изображению ближе всего осетр и щука.

Рог рогом, но уж больно отличен от милой золотой рыбки суровый камский “ящер”. И все-таки мы имеем дело с нашей героиней.

Среди охранительниц мира древних индоариев была Макара. Эта обитательница вод служила символом плодородия и жизненной силы. Макара — перевозчик богов и воплощение речной богини Ганга. Олицетворяя жизнь и природу во всех ее проявлениях, она принимала разный облик, в котором причудливо сочетались черты жителей и суши, и моря. Чаще всего ее изображали как существо огромных размеров — в виде крокодила, акулы, дельфина, рыбы. У гиганта могло быть две или четыре лапы. В индийском зодиаке ему соответствует знак Козерога. При этом у Макары голова и передние ноги антилопы сочетаются с туловищем и хвостом рыбы.

Сходство поражает. Но почему у северного козерога только один рог? Оказывается, это был не рог. Иногда Макара предстает в качестве плывущего по воде слона с поднятым кверху хоботом. В мифах этот хобот со временем превратился в рог. Слоны на Каму забредают не часто. Впрочем, они здесь ни при чем. Слонообразная Макара родилась, когда в Европе жили мамонты. Наших далеких предков, не знавших ни кораблей, ни бочек, первоначально спасала добрая мамонтиха — архаичное воплощение Богини-Матери.

Влияние арийско-славянской цивилизации распространялось не только на юг, где поклонялись закавказской богине-рыбе, прародительнице людей. Заселяющие Север угро-финны сохранили многие реликты индоевропейской мифологии. Рогатый северянин также представляет собой персонаж из славянского мифа о потопе. Если мы обратимся к русскому фольклору, то встретим и чудо-зверя “крокодила”, хозяина реки Волхов, и чудесную щуку, перевозящую на спине сказочных героев через океан-море, и чудо-юдо, размахивающее над головой хоботом.

Из всех речных рыб именно щука-перевозчик была наиболее почитаема нашими предками. В честь щуки чаще всего называли озера и стоящие на их берегах селения. Щука-великан считалась не только полноправной хозяйкой рыбных богатств, но и повелительницей иных обитателей воды.

Забота о плодородии и предотвращении напастей — функции славянской богини Морены. Она была верховной богиней и воплощала силы природы, землю и воды. С одной стороны, это повелительница дождя, чье имя породило слово “море”, с другой — подательница урожая. Мать Сыра-Земля называли ее на Руси. Одновременно Морена — хозяйка жизни и смерти, “мора”. Другое ее имя — Макошь, или Мокошь, соотносимое со словами “мокрый”, “мокнуть”. Макошь и Макара — разновидности одного и того же имени. Щука была священным животным и водным воплощением Морены.

Щука знаменита тем, что подобно золотой рыбке умела говорить. Вспомним сказку о Емеле и щуке:

“Плавала в той проруби щука; а Емеля… ухватил вдруг ее рукою, вытащил из воды и, положив за пазуху, хотел идти домой. Но щука говорила ему: “Что ты, дурак! На что ты меня поймал?» — “Как на что? — говорил он. — Я тебя отнесу домой и велю невесткам сварить”. — “Нет, дурак, не носи ты меня домой; отпусти ты меня опять в воду; я тебя за то сделаю человеком богатым…”

Да, но ведь почти так же начинается сказка о золотой рыбке. Отличие лишь в том, что Емеля холост и ловит не сетями, а рукой, по другому варианту — ведром. Эти отличия ведут нас к индийскому “рыбаку” Ману. Он также был холост, а рыбка в его ладони попала из кувшина. Так что Ману поймал ее то ли руками, то ли посудиной.

Обнаруженные совпадения не случайны. Сказка о Емеле и щуке — еще один вариант мифа о потопе. Емелю с сыном и возлюбленной сажают в бочку, а бочку бросают в море. В конце концов мореплаватели попадают на прекрасный, но пустынный остров. При помощи чудесной щуки герой заселяет его и остается царствовать.

Изображения рыб известны еще среди находок каменного века. Это свидетельствует в пользу глубочайшей древности нашего сказания о потопе. Но в современной науке господствует мнение о том, что оно первоначально появилось в Шумере. Оттуда перекочевало в соседние области Двуречья, наконец, попало в Библию и при ее посредстве — ко многим народам мира. Может, в числе прочих заимствовали его и мы?

Библию можно отставить в сторону, так как пушкинская золотая рыбка значительно старше этой книги. А шумеры? Они появились в Двуречье в IV тысячелетии до н. э. Пришли шумеры с юго-востока — с территории Индостана. Где-то близ рубежа IV-III тысячелетий до н. э. у них появилась письменность. По этой причине шумерская мифология довольно хорошо известна.

В шумерском описании потопа поражают некоторые детали. Герой мифа Зиусудра, узнав о намерении богов затопить землю, строит корабль и в урочный час поднимается на него. Разразилась катастрофа:

Собрались все злобные бури и ураганы,

Потоп пронесся надо всеми столицами.

Семь дней и семь ночей то было…

Затопленные столицы в тексте поименованы. Это реальные шумерские города, детально изученные археологами.

По представлениям шумеров, человечество появилось в Дильмуне, названном “местом, где восходит солнце”. Искать предков на территории своей былой прародины было со стороны шумеров весьма разумным. Но согласно библейской традиции, заимствованной у тех же шумеров, спасшийся от потопа первопредок высадился на землю на северной окраине обитаемого мира. Следовательно, там же и зародилось послепотопное человечество. Легенда о Зиусудре имеет явно не шумерские корни.

Шумеры не были первыми обитателями Двуречья. На новой родине пришельцы застали высокоразвитую цивилизацию аборигенов-европеоидов. Шумеры заимствовали у своих предшественников многие культурные достижения. Об этом говорят усвоенные ими термины: “стена”, “медь”, “кирпичная форма”, “ткач”, “каменотес”, “строитель”, “медник”, “кузнец”, “пастух”. Некоторые из этих заимствований явно индоевропей-
ского происхождения. Например шумерское “гуд”, “гу” (“бык”) и славянское “говядо” (“бык”). “УРУДУ” (“РУДа”, “медь”, «красный”) и наше “руда” , “рудый’ (“красный”). У шумеров есть даже музыкальный инструмент “гусилим”, название которого поразительно напоминает наши гусли.

В числе помощников Зиусудры золотая рыбка не значится. Не сбились ли мы со следа? Мало ли какие потопы случались в былые времена? Нет, не сбились. Рыбка по Шумеру проплывала.

Шумерские таблички донесли до наших дней поэму, получившую условное название “Дом рыбы”. В поэме анонимный человек или бог отчитывается перед рыбой:

“Рыба моя, я тебе дом построил, прибежище тебе приготовил. При доме том двор широкий, загон просторный тебе построил”.

Перед нами двойник Ману, заботливо выхаживающий чудесную рыбу. Даже имя Зиусудра созвучно словам санскрита. Следовательно, из северного сказания выпала начальная часть и дала жизнь самостоятельному произведению.

Тексты шумеров бесценны. Это самая древняя запись предания о потопе. Ей более 4 тысяч лет.

В сказке о царе Салтане герой юн и плывет вместе с матерью. Другая бочка, нежно опекаемая щукой, несет в себе героя постарше. Сопровождают его невеста и чудесным образом зачатый сын. В Гвидоне угадывается чудесный сын Емели. Что за странный образ матери-невесты за много веков до Богородицы? И куда исчез из бочки отец Гвидона?

Наши персонажи появились на свет в глубокой древности. Поначалу главный герой мифа женился на богине, да и сам был божественной природы. Позднее мысль о свадьбе землянина и Богини Матери стала выглядеть кощунственной, и первопредок получил ее в покровительницы, а прекрасную девушку в жены. Народная память сберегла разные варианты плавания. Отсюда и разный состав команды.

В Библии причина потопа описана так:

“Но земля растлилась пред лицом Божиим, и наполнилась земля злодеяниями…”
Русские сказки помогают^ прояснить истоки небесного гнева. Плавание, а следовательно, и потоп состоялись из-за выбора божественной невестой своего суженого. Бог неба счел этот выбор крайне неудачным. По его мнению, Мать Сыра-Земля осквернилась. Потоп возвратил ей первозданную непорочность.

Мать Сыра-Земля покорно восприняла обрушившуюся на нее кару. Но, как и всякая мать, она кинулась спасать своих детей и любимого. Помните?

И царица над ребенком,

Как орлица над орленком…

Бочка-корабль успешно достигла российских берегов и причалила к благословенному острову Буяну. Человечество было спасено. Поэтому-то оно так бережно и сохраняет память о золотой рыбке — символе любви родной земли к своим детям.

Статья Виктора Торопа «Приключения Золотой Рыбки» из журнала «ЧиП»

Опубликовано 19 Авг 2012 в 21:31. Рубрика: Статьи про кино и не только. Вы можете следить за ответами к записи через RSS.
Вы можете оставить отзыв или трекбек со своего сайта.



Ваш отзыв